Номинальный владелец

Сегодня предлагаем вашему вниманию статью на тему: "номинальный владелец". Мы постарались в полной мере раскрыть тему и объяснить все доступным языком. Все свои вопросы вы можете задавать в комментариях к статье. Наш эксперт будет оперативно на них отвечать.

Номинальный владелец: функции и формы реализации, права и обязанности

Номинальный владелец – физическое лицо, руководящее или официально владеющее частью акций оффшорной компании, но не принимающее участия в управлении и принятии решений. Наличие такого организационного субъекта – часть системы конфиденциальности конечного выгодоприобретателя

Номинальный владелец (собственник) – это физическое лицо, осуществляющее управление предприятием в пользу третьих лиц и не принимающее непосредственного участия в процессе принятия решений. Юридически может быть собственником, учредителем и акционером компании.

Использование номинального собственника является неотъемлемой частью работы оффшорных зон, так как это позволяет скрыть реквизиты реального владельца (бенефициара) и за счет этого избежать внимания налоговых и правоохранительных органов. В качестве «номиналов» обычно выступают резиденты страны регистрации, иногда их присутствие может быть обязательным, например, в Объединенных Арабских Эмиратах или Гонконге, где в учредителях должен быть как минимум один «местный» гражданин.

Отдельно отметим, что к номинальным сервисам не относится такая передача активов как «слепой траст» − в этом случае собственник физически и юридически известен, он только передает свое право управления в компетенцию третьих лиц. Такая схема обычно применяется государственными деятелями, имеющими частный бизнес до вступления в должность. С точки зрения законодательства такие действия не могут считаться уклонением от налогов или нарушением запрета на ведение предпринимательской деятельность для государственных служащих.

Нет видео.
Видео (кликните для воспроизведения).

Следует понимать, что, несмотря на все правовые коллизии, номинальные сервисы не могут считаться однозначно криминальными. Схемы оптимизации налогов и передачи активов вполне законно используются в деловой практике не только мелкими компаниями, а и такими гигантами как, например, Microsoft или Exxon. Основные причины применения различных форм номинального владения:

В сегодняшнем бизнесе номинальные «действующие лица», например, номинальный генеральный директор – это только верхушка финансового айсберга. Юридически допускается наличие нестандартных вариантов номинального владельца. Такие услуги потребуются уже на этапе создания бизнеса – для дополнительной свободы финансовой деятельности или более корректной работы с различными группами потребителей. Для акционерных обществ логика построения «номинальных» имущественных отношений несколько иная. Существуют таких услуг.

Используется, если собственнику требуется реальная анонимность, так как даже наличие фиктивного директора не позволит скрыть имя владельца – в учредительных документах обязательно всплывет имя реального «хозяина». Номинальный учредитель – рациональное решение для бизнеса, имеющего несколько пайщиков. У любого крупного бенефициара всегда есть варианты: или искать реального надежного партнера, или обозначить в документах физическое (или юридическое) лицо, которое выполняет роль учредителя, и получает полномочия (чаще всего – весьма ограниченные), зафиксированные в специальном (трастовом) договоре.

Изображение - Номинальный владелец proxy?url=https%3A%2F%2Fmoneymakerfactory.ru%2FPics%2Fverstka%2Fimg-721-1484818700

Форма номинального держателя акций («каждый акционер немножко директор») обычно используется исключительно для обеспечения конфиденциальности, гораздо реже − для получения возможности финансового маневра при работе с оффшорами. Например, если номинальный акционер − гражданин страны-оффшора − получает контрольный пакет акций, то этот факт становится для основного бизнеса «пропуском» в другую страну, а возможная непредвиденная «инициатива» такого акционера пресекается жесткими условиями генеральной доверенности.

Необходим для ведения оффшорного бизнеса. Теоретически – это право управления денежными средствами бенефициара, а на практике – право просто открыть в оффшорном банке на имя «местного» партнера.

Базовые документы деятельности номинального владельца (директора)

  • генеральная доверенность: определяет ответственность и право управления бизнесом. Срок действия, как правило, не менее 1 год. Составляется на имя номинального владельца, легализация документа обычно реализуется методом апостиля. Доверенность дает право на ведение дел от имени основного юридического лица, право на проведение банковских операции – в зависимости от конкретной ситуации.
  • отказное письмо: собственноручно написанное заявление об увольнении с «пустой датой», которое номинальные «сотрудники» составляют в момент принятия на должность. Такой документ дает владельцу право реализовать свои генеральные полномочия в экстренных ситуациях (до истечения срока действия генеральной доверенности).
  • трастовая декларация: произвольная форма «договора о намерениях», регулирующего предстоящее сотрудничество. Выполняет жесткое разграничение прав/обязанностей фиктивного (номинального) директора и основного владельца компании.

Изображение - Номинальный владелец proxy?url=https%3A%2F%2Fmoneymakerfactory.ru%2FPics%2Fverstka%2Fimg-721-1484818883

Основой задачей контролирующих органов по отношению к номинальным владельцам есть установка фиктивного характера их деятельности и прямой связи с бенефициарами, которые могут работать в той же компании на основании генеральной доверенности или трудового контракта.

Нет видео.
Видео (кликните для воспроизведения).

При правильном подходе к составлению учредительных и прочих документов факт номинальной деятельности установить достаточно сложно. Поэтому широкое распространение получили косвенные методы проверки, позволяющие собрать достаточно информации для начала следственных действий и официальных запросов. На официальном уровне подобные действия часто отрицаются, но фактически они используются правоохранительными и налоговыми органами всех стран, включая Российскую Федерацию, Германию и США.

В качестве примера можно привести такой косвенный метод проверки как подтверждение факта личного общения актуального директора (или топ-менеждера) с фактическим учредителем. Дело в том, что многие сервисы по работе с оффшорными зонами имеют пакет уже зарегистрированных компаний с полым набором документов и доверенностей, уже с реальными с подписями номинальных владельцев, акционеров, директоров и других должностных лиц. Появляется возможность произвести передачу управления без выезда непосредственно к месту регистрации и если новый управляющий не сможет доказать факт личного общения (пересечение таможенной границы или приезд учредителя) или обмена документами − это и будет прямым доказательством факта скрытого владения.

Читайте так же:  Может ли пенсионер открыть ип и влияет ли это на размер пенсии

Изображение - Номинальный владелец proxy?url=https%3A%2F%2Fmalina-group.com%2Fwp-content%2Fthemes%2Fmalina%2Fimg%2Fnominalnyj-vladelets-imushchestvaНоминальный владелец имущества – лицо, осуществляющее права собственника имущества в интересах и (или) по поручению физического лица или юридического лица на основании договора номинального владения имуществом.

Правовой институт номинального владения имуществом применяется во многих странах мира. При номинальном владении собственником имущества признается одно лицо, а фактическим владельцем – другое лицо, в интересах которого действует номинальный владелец.

Федеральный закон Российской Федерации от 8 июня 2015 г. N 140-ФЗ «О добровольном декларировании физическими лицами активов и счетов (вкладов) в банках и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (п. 1 ст. 2):

  1. договор номинального владения имуществом — договор, который заключен в соответствии с законодательством иностранного государства и на основании которого права собственника имущества, принадлежащего физическому лицу, передаются иному лицу, осуществляющему эти права в интересах и (или) по поручению данного физического лица;
  2. номинальный владелец имущества — лицо, осуществляющее права собственника имущества в интересах и (или) по поручению физического лица на основании договора номинального владения имуществом;
  3. фактический владелец имущества — физическое лицо, в интересах и (или) по поручению которого номинальный владелец имущества осуществляет права собственника этого имущества на основании договора номинального владения имуществом.

Номинальное владение не характерно для российского права

Законодательно этому термину было дано определение в связи с проводимой амнистией капитала (Федеральный закон Российской Федерации от 8 июня 2015 года №140-ФЗ «О добровольном декларировании физическими лицами активов и счетов (вкладов) в банках и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Согласно нормам Закона об амнистии капиталов амнистия не распространяется в случае легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенного преступным путем (ст. 8 Закона об амнистии капиталов).

Государство гарантирует физическому лицу в отношении сведений, указанных в декларации, а также представленных документов, что такие сведения и документы не будут использованы в качестве основания для возбуждения уголовного, административного дела или (и) возбуждения дела о налоговом правонарушении в отношении декларанта и (или) номинального владельца имущества, а также не будут использованы в качестве доказательств по уголовному, административному или налоговому делу (п. п. 3 и 4 ст. 4 Закона об амнистии капиталов).

Согласно поправкам, внесенным в Закон № 140-ФЗ Законом N 88-ФЗ, использованием имущества в виде акций, долей участия и паев в уставных (складочных) капиталах российских и (или) иностранных организаций, собственником или фактическим владельцем которого на дату представления декларации является декларант, а также использованием КИК, в отношении которых декларант на дату представления декларации является контролирующим лицом, признаются, в частности, операции по приобретению и распоряжению активами указанных организаций (КИК). Об этом сказано в новой ч. 1.1 ст. 4 Закона № 140-ФЗ.

Стоит отметить, что в случае указания в декларации сведений об участии юрлица в процессе приобретения (формирования источников приобретения), использования либо распоряжения имуществом и (или) КИК, информация о которых содержится в декларации, и (или) открытия и (или) зачисления денежных средств на задекларированные счета (вклады) гарантии о неприменении уголовной и административной ответственности распространяются также на лиц, которые в соответствии с распорядительными документами указанной организации выполняли организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции.

Изображение - Номинальный владелец proxy?url=https%3A%2F%2Fstorage.pravo.ru%2Fimage%2F51%2F25938

Налоговые службы совершенствуются, поэтому у них все больше возможностей, чтобы установить, кто в действительности стоит за той или иной корпоративной структурой. Многие бенефициары готовы добровольно раскрыть свои иностранные компании в России, но в этот момент перед ними встает вопрос – кто такой номинальный владелец?

Определение понятию «номинальный владелец» было дано отечественным законодателем не так давно законом № 140-ФЗ[i] и только для целей амнистии капиталов. Номинал определен как лицо, осуществляющее права собственника имущества в интересах и (или) по поручению физического лица на основании договора номинального владения имуществом, заключенного в соответствии с иностранным законодательством[ii].

Но это определение само нуждается в разъяснениях: например, какой вид договоров имеется в виду? Так, и трастовая декларация, и договор доверительного управления, и агентское соглашение предполагают распоряжение активами в чужом интересе. Этот вопрос недавно был задан Минфину – финансовое ведомство ушло от ответа[iii]. Не менее важен и другой вопрос: каков статус «номиналов» с точки зрения российских правил о контролируемых иностранных компаниях (КИК) и налогового законодательства в целом?

1. Владение «через номинала» как прямое участие в иностранной компании

На первый взгляд, российский законодатель не оставляет сомнений в том, кто является прямым участником иностранной компании, признавая долей прямого участия долю непосредственно принадлежащих лицу акций компании[iv]. Само это слово означает «без промежуточного участия кого-либо»[v]. Может ли претендовать на такую непосредственность бенефициар, чье имя даже не значится в реестре акционеров, вынужденный при любых операциях с акциями или компанией полагаться на содействие другого лица?

Как ни странно, но действующее законодательство дает основания для утвердительного ответа. Так, закон № 140-ФЗ ставит знак равенства между участием декларанта в КИК через номинала и непосредственно[vi].

Но всегда следует помнить о цели принятия данного закона – дать стимул к раскрытию и репатриации активов в рамках амнистии капиталов. Ярким примером узконаправленного характера данных норм являются ст. 39 и 41 НК РФ, дополненные положениями о том, что передача имущества от номинального владельца фактическому не признается реализацией, а само имущество – доходом. Но только если такое имущество и его номинальный владелец указаны в специальной декларации[vii]. Если это формальное требование не соблюдено, бенефициар и номинал снова «распадаются» в глазах законодателя и налоговых органов на двух самостоятельных субъектов.

Читайте так же:  Доверенность от ип

Таким образом, один лишь закон № 140-ФЗ, хотя его положения крайне полезны для тех, кто готов воспользоваться льготами второго этапа амнистии, но это не выглядит достаточным основанием для того, чтобы в любом случае приравнивать участие бенефициара в КИК «через номинала» к прямому и непосредственному владению акциями.

2. «Номинал» как самостоятельная иностранная структура

Зачастую роль номинальных владельцев для российских бенефициаров выполняют профессиональные компании, позиционирующие себя как трастовые управляющие, а сама передача владения активами оформляется трастовой декларацией (иногда с оговоркой о действиях управляющего as nominee). Даже при разработке закона № 140-ФЗ, правовое управление аппарата Государственной Думы указывало, что установленная законом концепция «номинального владения» охватывает доверительную собственность (трасты), как она понимается в системе общего права[viii]. В правовой литературе высказывалось мнение, что правоотношения между бенефициаром и номиналом могут относиться среди прочего к доверительной собственности (трасту)[ix]. В иностранной практике также отмечается, что номинальное владение может принимать форму траста или иных подобных структур[x].

При этом НК РФ прямо относит трасты к иностранным структурам, которые сами по себе могут быть признаны КИК[xi]. Логично задаться вопросом: нет ли оснований для признания иностранной структурой и номинального владения?

НК РФ определяет иностранную структуру (ИС)[xii] как организационную форму, созданную в соответствии с иностранным правом без образования юридического лица, которая:

  1. Предусматривает осуществление коллективных инвестиций и (или) доверительного управления;
  2. Вправе осуществлять деятельность, направленную на извлечение дохода (прибыли) в интересах своих участников либо иных бенефициаров.

Сравнивая это с определением «номинального владения», упомянутым выше[xiii], можно увидеть, что как минимум два первых признака у него и ИС совпадают. Но отвечает ли номинальное владение третьему признаку: предусматривает ли оно доверительное управление активами? Если исходить из наиболее общего определения доверительного управления как совершения любых юридических и фактических действий с активами в интересах выгодоприобретателя[xiv], то следует признать, что номинальное владение отвечает всем признакам ИС. Для его учредителя (бенефициара) это будет означать необходимость [xv]:

  1. Раскрытия информации о ИС как о КИК в РФ;
  2. Составления отдельной финансовой отчетности для ИС и определения ее финансового результата;
  3. Наконец, при ряде условий возможно даже возникновение обязанности по уплате налога в РФ с «нераспределенной» прибыли такой ИС.

Подобное развитие правоприменительной практики является нежелательным, но не невозможным. В то же время (в отличие от управляющего трастом) «классический» номинал действует исключительно по указаниям бенефициара, не имеет дополнительных функций и не несет рисков по управлению активами. Даже если эти отношения оформлены трастовой декларацией, с точки зрения общего права такая структура была бы, скорее всего, признана притворным трастом (sham trust) – то есть трастом, реальной целью которого не является передача контроля над активами управляющему[xvi]. Подобные трасты признаются недействительными.

Это показывает, что номинальное владение, даже переведенное в более привычные термины трастового управления активами, все же отличается от «полноценной» структуры, сближаясь с договором поручения, который допускает совершение только определенных действий и в соответствии с обязательными указаниями доверителя[xvii]. Эти соображения потенциально могут быть использованы при попытке налоговых органов приравнять номинальное владение к ИС.

Если первый из рассмотренных подходов оправдан только в рамках «амнистии капиталов», то второй ведет к дополнительным обязанностям для бенефициара в рамках законодательства о КИК. Но предположим, что бенефициар все же хочет раскрыть государству свой контроль над иностранной компанией, акциями которой владеет номинал. Может ли он сделать это, не признавая себя ни прямым, ни косвенным участником такой компании?

Такой способ действительно есть. Помимо прямого/косвенного участника КИК, ее контролирующим лицом может быть признан и тот, кто осуществляет контроль над компанией в своих интересах по иным основаниям: в силу участия в договоре по управлению такой компанией или иных особенностей отношений между ним, компанией и третьими лицами[xviii] (в том числе номиналами).

Соответственно, не признавая владение акциями иностранной компании «через номинала» ни прямым участием в ее капитале, ни самостоятельной ИС, налоговый резидент России тем не менее может признать себя контролирующим лицом такой компании. При этом у него не возникает ежегодной обязанности по определению финансовых результатов деятельности номинала как ИС и подачи уведомления о КИК в его отношении (подчеркну, что это не затрагивает обязанности контролирующего лица по отношению к самой иностранной компании). Однако налогоплательщику в каждом случае придется тщательно исследовать содержание договора с номиналом (если он вообще существует в письменном виде), чтобы установить правомочия последнего – ограничиваются ли они только исполнением инструкций или предоставляют номиналу определенную свободу действий, которые могут быть истолкованы налоговыми органами как признак самостоятельной КИК?

[i] Федеральный закон от 08.06.2015 N 140-ФЗ «О добровольном декларировании физическими лицами активов и счетов (вкладов) в банках и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»

[ii] Пп.2-3 п.1 ст.2 Закона №140-ФЗ

[iii] См. Письмо Минфина России от 23.04. 2018 г. N 03-04-05/27059

[iv] П.2 ст.105.2 НК РФ

[v] Толковый словарь Ушакова. Д.Н. Ушаков. 1935-1940.

[vi] Пп.2 п.1 ст.3 Закона №140-ФЗ и п.64 и лист Б Порядка заполнения формы специальной декларации, Приложение №2 к Закону №140-ФЗ

[vii] П.8 ст.39, п.2 ст.41 НК РФ

См. также Статья: Что изменилось для КИК в 2015 году и другие поправки Налогового кодекса (Зубков С.) («Практическая бухгалтерия», 2015, N 9)

[viii] См. «Комментарий к Федеральному закону от 8 июня 2015 г. N 140-ФЗ «О добровольном декларировании физическими лицами активов и счетов (вкладов) в банках и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (постатейный) (Борисов А.Н.) (Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2015)

Читайте так же:  Заполнение счета-фактуры по ндс

[ix] Статья: Амнистии капиталов быть (изучаем условия добровольного декларирования активов. Комментарий к Законам от 08.06.2015 N 140-ФЗ, от 08.06.2015 N 150-ФЗ) (Бугаева Н.Г.) («Главная книга», 2015, N 15)

[x] См., например, дело Федерального Апелляционного суда Канады The Jensen Star, пар.14

[xiii] Пп.2-3 п.1 ст.2 Закона №140-ФЗ

[xiv] П. 2 ст. 1012 ГК РФ

[xv] Ст.25.14, 25.15 НК РФ

[xvi] Rahman v. Chase Bank [1991] JLR 10, Minwalla v. Minwalla, [2005] EWHC 2823

Номинальный владелец иностранной компании в российской правовой действительности

Изображение - Номинальный владелец proxy?url=https%3A%2F%2Fint.gestion.ru%2Fupload%2Fiblock%2F4d7%2FNominalnyy-vladelets-inostrannoy-kompanii-v-rossiyskoy-pravovoy-deystvitelnosti

В связи с введением в России правил о контролируемых иностранных компаниях (КИК) в 2015 году возникла необходимость нормативного регулирования понятия «номинального владения» иностранной компанией, ранее отсутствовавшего в сложившемся российском правопорядке.

Дело в том, что в большинстве государств англо-саксонской правовой семьи (государств общего права) допускается «расщепление» права собственности на два составляющих: номинальное владение и бенефициарное владение. Традиционно, номинальный владелец является только формальным собственником какого-либо имущества (в том числе долей участия в капитале и акций компаний), чьи данные вносятся в правоустанавливающие документы, а бенефициарный владелец – реальным собственником, в чьих интересах и действует номинальный владелец, не претендуя на основные правомочия владения, пользования и распоряжения имуществом.

Российский правопорядок, сформировавшийся на основе континентального права, не подразумевает возможность подобного «расщепления» права собственности на номинальное и бенефициарное владение. Лицо, чьи данные были внесены в правоустанавливающие документы, при любых обстоятельствах будет признано реальным собственником имущества с правовой точки зрения, вне зависимости от имеющихся договоренностей этого лица в отношении осуществления каких-либо прав (правомочий) иными лицами. Такие договоренности о номинальном владении, как в устной, так и в письменной форме, не имеют в России правовой силы.

Законодательное определение номинального владельца

Тем не менее, после того, как в России вступили в силу нормы о КИК и у российских резидентов (как физических, так и юридических лиц) появились обязанности отчитываться перед налоговыми органами РФ о владении иностранными компаниями, вопрос об определении статуса номинального владельца иностранной компании стал актуальным в отдельно взятых отраслях права.

В связи с этим российским законодателем было дано определение номинального владельца. Оно содержится в подпункте 3 пункта 1 статьи 2 Федерального закона от 08.06.2015 N 140-ФЗ «О добровольном декларировании физическими лицами активов и счетов (вкладов) в банках и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – ФЗ-140): «номинальный владелец имущества – лицо, осуществляющее права собственника имущества в интересах и (или) по поручению физического лица на основании договора номинального владения имуществом».

В свою очередь, договор номинального владения имуществом определяется как «договор, который заключен в соответствии с законодательством иностранного государства и на основании которого права собственника имущества, принадлежащего физическому лицу, передаются иному лицу, осуществляющему эти права в интересах и (или) по поручению данного физического лица».

Следует отметить, что данные законодательные определения были введены исключительно для целей «амнистии капиталов» в России, то есть добровольного декларирования физическими лицами активов (в т.ч. зарубежных), позволяющего законным образом избежать наложения штрафов за невыполнение отдельных обязанностей в отношении КИК и не уплачивать задолженность по отдельным налогам за предыдущие периоды. Соответственно, эти определения имеют достаточно узконаправленную специфику, а их создание в первую очередь было необходимо для стимулирования раскрытия физическими лицами-резидентами РФ как можно более подробной информации о владении зарубежными активами, включая информацию о номинальных владельцах.

Что характерно, форма документа, на котором основывается механизм амнистии капиталов под названием «специальная декларация», не подразумевает обязательного заполнения сведений о номинальном владельце какого-либо декларируемого имущества. Информация о них вносится в добровольном порядке по желанию декларанта, в отличие от обязательного заполнения идентифицирующей информации о КИК (наименование, адрес, регистрационный номер, и т.п.).

Номинальный владелец и договор номинального владения имуществом

Существует точка зрения, что понятие номинального владения недостаточно детализировано для целей применения правил о КИК в частности и налогового законодательства РФ в целом. В некоторых аналитических материалах говорится о том, что имеющиеся определения не содержат перечня видов договоров номинального владения, создание которого позволило бы с большей степенью точности установить, действительно ли имеет место номинальное владение акциями или долями компании в каждом отдельном случае.

Самым распространенным видом договора номинального владения долями или акциями компаний в подавляющем числе юрисдикций является трастовая декларация (упрощенный вид договора доверительного управления имуществом). Она выдается номинальным акционером бенефициарному владельцу компании и содержит условия о том, что фактическим получателем доходов от акций иностранной компании является именно физическое лицо-бенефициар. На практике крайне затруднительно представить ситуацию, в которой используется иной вид договора номинального владения акциями и долями в самых популярных безналоговых и низконалоговых юрисдикциях (Британские Виргинские острова, Белиз, Кайманы, Панама, Кипр и пр.).

Что касается договоров номинального владения иным имуществом, то здесь уже возможно некоторое разнообразие их видов и форм: это может быть договор доверительного управления имуществом (трастовый договор), агентский договор, иные виды договоров, предусмотренные законодательством иностранных государств.

Степень разработанности определения номинального владения для целей применения российского законодательства

По нашему мнению, нет необходимости в более подробной детализации понятия номинального владения в России. Дело в том, что для целей применения правил КИК, а именно для выявления факта контроля над иностранной компанией, осуществляемого российским резидентом, наибольшее значение имеет бенефициарное владение. В соответствии с п. 6 ст. 25-13 Налогового кодекса РФ (далее – НК РФ) контролирующим лицом может быть признано лицо, осуществляющее контроль над иностранной организацией иным образом, нежели через прямое или косвенное участие в ее капитале.

Читайте так же:  Расчетный лист образец

Такая формулировка контроля над КИК всецело охватывает случаи, когда номинальный акционер владеет акциями или долями в пользу реального бенефициарного собственника, формально не являющимся акционером компании и не значащимся в реестре акционеров. На практике номинальным владельцем чаще всего является нерезидент РФ и при таких обстоятельствах его участие в структуре владения КИК не имеет определяющего значения для целей декларирования в РФ по правилам КИК, т.к. правила КИК накладывают обязанности именно на резидентов РФ.

Номинальными владельцами в большинстве юрисдикций могут выступать как физические, так и юридические лица, т.к. и те, и другие обладают общей гражданской правоспособностью и имеют право заключать договор номинального владения. Зачастую регистрационные агенты, оказывающие услуги по регистрации компаний в различных юрисдикциях, предоставляют также услуги номинального сервиса, т.е. предоставляют клиенту-бенефициарному владельцу номинального акционера для внесения данных о нем в реестр и обеспечения конфиденциальности бенефициарного владения.

Отдельно стоит отметить, что само понятие номинального владельца фигурирует в разделах общей части НК РФ, не посвященным КИК, для целей установления отдельных правил налогового администрирования:

  • В соответствии с пп. 8.2 п. 3 ст. 39 НК РФ не признается реализацией товаров и услуг для целей налогообложения передача имущества от номинального владельца бенефициарному, если такое имущество и его номинальный владелец были указаны в специальной декларации.
  • В соответствии с п. 2 ст. 41 НК РФ не признается доходом для целей налогообложения передача имущества от номинального владельца бенефициарному, если такое имущество и его номинальный владелец были указаны в специальной декларации.
  • Уточняющая норма п. 15 ст. 78 НК РФ содержит указание на то, что сам по себе факт указания в специальной декларации имущества и его номинального владельца не является признанием излишне уплаченной суммы налогов при передаче имущества от номинального владельца бенефициарному (если такая излишняя уплата имела место).

В целом российский правопорядок не признает «расщепление» права собственности на номинальное и бенефициарное владение, однако для целей применения специального законодательства (амнистии капиталов, правил о КИК, определения доходов для целей налогообложения) такое «расщепление» допускается в отношении какого-либо имущества при условии заключения договора номинального владения в соответствии с законодательством иностранного государства. Номинальными владельцами могут быть как физические, так и юридические лица различных организационно-правовых форм. Как правило ими выступают нерезиденты РФ, что нивелирует необходимость раскрытия данных о номинальном владельце долей или акций иностранной компании в России, т.к. важным с точки зрения правил о КИК является именно бенефициарное владение такой иностранной компанией резидентом РФ.

Доверительная собственность (или траст — от англ. trust — доверие) в общем праве — это система отношений, при которой имущество, первоначально принадлежащее учредителю, передается в распоряжение доверительного собственника (управляющего или попечителя), но доход с него получают выгодоприобретатели (бенефициары). Учредитель (который может одновременно быть и выгодоприобретателем и/или управляющим) в рамках специального соглашения передает принадлежащие ему ценности под контроль попечителя, который обязан совершать с ними операции, приносящие выгодоприобретателям максимальную прибыль или соответствующие другим инструкциям учредителя. [1]

Особенность траста как иной формы держания собственности в том, что имущество траста не принадлежит ни учредителю (он теряет право собственности на него с момента передачи имущества управляющему), ни управляющему (он только управляет этим имуществом и является формальным держателем титула на имущество), ни бенефициарам до даты прекращения траста. Можно сказать, что траст — это самостоятельный собственник, неразрывно связанный с его создателем (учредителем траста) и выгодоприобретателями. [2]

В ряде стран, в том числе в России, доверительная собственность не имеет обособленности. Передавая своё имущество в доверительное управление человек не отчуждает его и не учреждает траст, а лишь становится доверителем. Имущество в доверительном управлении не считается выбывшим из собственности доверителя — например, оно может участвовать в погашении его обязательств.

Услуги попечителя оплачиваются выгодоприобретателями или учредителем траста, обычно в виде процента от полученной прибыли.

Объектом попечения может быть любое имущество, как движимое, так и недвижимое. Объекты интеллектуальной собственности также могут передаваться в траст. Исключается из этих отношений лишь имущество, прямо запрещаемое законодательством страны учреждения траста.

Учредитель вправе передать своё имущество как при жизни (прижизненный траст), так и предусмотреть такую передачу после своей смерти (завещательный траст). Попечитель несёт ответственность за выполнение условий трастового соглашения и, как правило, получает широкие полномочия по управлению имуществом учредителя, но также может получить особые инструкции по распределению трастового дохода и капитала между выгодоприобретателями при наступлении некоторых заведомо предусмотренных учредителем условий, в том числе условия прекращения траста и распределения из него имущества бенефициарам. Такие условия, как правило, включаются учредителем в так называемое письмо-пожелание (англ. letter of wishes ), адресуемое попечителю. Учредитель также вправе предусмотреть условия замены попечителя, оговорить вопрос о передаче этого права другому лицу и т. п.

Доверительная собственность может применяться для достижения следующих целей:

История трастов Английского общего права уходит к временам Крестовых походов, когда рыцари, уходившие освобождать Иерусалим от неверных, оставляли своё имущество в руках доверенных родственников или других преданных попечителей, чтобы те управляли им на благо жены и детей рыцарей.

Позднее, в средние века, перевод имущества в трасты стал применяться для защиты имущества знати от посягательств на него королей и кредиторов учредителей траста — управляющими траста назначалась церковь, а церковное имущество не подлежало конфискации (церковь подчинялась клерикальному праву, а не цивильному (общегражданскому) в отличие от имущества самих рыцарей и феодалов). Впоследствии церковь стала оказывать подобные услуги в качестве управляющего трастом самостоятельно, выгодно используя ту же защиту от конфискации церковного имущества в интересах учредителя траста. Но многие трасты по возвращении рыцарей из походов отказывались вернуть переданное в траст имущество, чаще всего объясняя, что имело место дарение. Тогда король поручил лорд-канцлеру рассматривать такие споры по совести, а не писаному праву, что и породило возникновение права справедливости [3] . Именно поэтому трастовое право в подавляющем большинстве стран, входящих в Британское Содружество, состоит именно из английских прецедентов, получивших развитие при взаимодействии правовых систем метрополии и её бывших колоний.

Читайте так же:  Сколько идут деньги на карту сбербанка с яндекс кошелька

Позже, в 16 веке, передача имущества бенефициарам через траст стала использоваться как альтернатива завещанию и как средство против налога на наследство.

Таким образом, английские юристы не только разработали, но и усовершенствовали форму владения имуществом, в котором оно принадлежит трасту, но контролируется прежним владельцем. Фредерик Уильям Мейтленд, английский историк права, высказался что «идея трастового фонда, который превращается (инвестируется) сегодня в землю, потом в валюту, потом в акции, потом в облигации, кажется одной из примечательных идей английской юриспруденции». [4]

Преимущества и недостатки доверительного управления инвестициями

Если ограничиться только фондовым рынком, то попечитель выполняет ту же функцию, что и управляющий паевого инвестиционного фонда (ПИФа) — покупает/продаёт ценные бумаги и делает это таким образом, чтобы получить от них инвестиционный доход. Однако, у доверительного управления другое законодательное регулирование, нежели у ПИФов. Попечитель не обязан часть средств держать в ценных бумагах, можно использовать фьючерсы и опционы . Когда цены снижаются, есть возможность продать все ценные бумаги и переждать падение. Так же нет требований к диверсификации портфеля. Попечитель не может использовать маржинальную торговлю (в том числе играть на падении цены), поскольку это требует займа денег или ценных бумаг у брокера. Эти операции так же запрещены для ПИФов, так как существенно повышают риски потерь.

Потенциально, доверительное управление может быть выгоднее, чем ПИФ, но отсутствие требований к диверсификации и слишком сильное влияние «человеческого фактора» делает его более рискованным.

Общение с попечителем позволяет точнее и оперативнее выполнять пожелания доверителя, в то время, как ПИФы ограничены в своих действиях инвестиционной декларацией и вообще не обязаны выполнять пожелания клиентов.

Важный плюс — скорость ввода-вывода средств. В ПИФе, особенно в интервальном или закрытом, быстро купить или продать инвестиционный пай может оказаться трудно. В доверительном управлении управляющий покупает/продаёт акции по текущей цене и может обеспечить максимально быстрое движение средств.

Доверительное управление может предполагать возможность инвестирования финансовых активов не только в ценные бумаги, но также в валюты разных стран.

Брокерские компании публикуют данные о том, что число клиентов, передавших свои активы в доверительное управление, ежегодно увеличивается на 30-40 %. Профессиональные спекулянты, торгующие для клиента, зарабатывают по 5-10 % в месяц, или почти 60-120 % чистого дохода в год. При этом входной порог для инвестора составляет 50-100 тыс. долларов. [5] Компании стали предлагать специализированные виды счетов, которые технически значительно упрощают процедуру как передачи средств в управление, так и возврат средств (см. ПАММ-счёт).

Однако нужно чётко понимать разницу, между конвертацией средств доверителя в ту или иную валюту (законодательно вполне допустимая операция и для её проведения достаточно иметь мультивалютный счёт в банке) и маржинальной торговлей на Форексе, при которой доверенные средства используются в качестве залога для получения кредита от брокера, но попечителю законодательно запрещены любые залоговые операции с доверенным ему имуществом.

Передача средств в доверительное управление Форекс-компаниям или частным трейдерам вообще противоречит российскому законодательству, так как зачастую ни компании, ни трейдеры не имеют лицензий на право осуществлять доверительное управление. Гражданский кодекс Российской Федерации в ст. 1013 не допускает доверительного управления исключительно денежными средствами, кроме законодательно предусмотренных случаев. По состоянию на 2010 год право управления денежными средствами имеют ПИФы и банки, имеющие соответствующие лицензии. При этом они не могут привлекать какие-либо кредиты под залог имущества, находящегося в управлении, в том числе с использованием механизмов маржинальной торговли.

Кодекс также предусматривает, что сделки с переданным в доверительное управление имуществом доверительный управляющий совершает от своего имени, указывая при этом, что он действует в качестве такого управляющего (ст. 1012 ГК РФ). При отсутствии указания о действии доверительного управляющего в этом качестве доверительный управляющий обязывается перед третьими лицами лично и отвечает перед ними только принадлежащим ему имуществом. Кроме того, доверительный управляющий несёт ответственность перед доверителем в полном объёме причинённых убытков. Предлагаемые на Форексе варианты счетов и договоров обычно нарушают эти нормы Гражданского Кодекса, что в спорных ситуациях не позволяет использовать юридическую защиту.

Изображение - Номинальный владелец 34457565634535
Автор статьи: Василий Панасейко

Позвольте представиться. Меня зовут Василий. Я уже более 15 лет являюсь частным предпринимателем. Я считаю, что в настоящее время являюсь профессионалом в своей области и хочу помочь всем посетителям сайта решать сложные и не очень задачи. Все данные для сайта собраны и тщательно переработаны для того чтобы донести в удобном виде всю требуемую информацию. Однако чтобы применить все, описанное на сайте всегда необходима консультация с профессионалами.

Обо мнеОбратная связь
Оцените статью:
Оценка 5 проголосовавших: 5

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here